Урок музыки №28 в 6 классе по теме «Давайте понимать друг друга с полуслова: песни Булата Окуджавы»

Анализ лирики, музыки и философии песен Окуджавы. Его образ города, человека, дружбы, войны.

Давайте понимать друг друга с полуслова: как песни Булата Окуджавы учат шестиклассников слышать душу

Пролог

Жизненный и творческий путь Булата Окуджавы начался 9 мая 1924 года в столице нашей страны. Получив первоначальное школьное образование, он, будучи еще совсем юным, принял решение отправиться на фронт добровольцем спустя год после начала Великой Отечественной войны. После окончания военных действий поэт продолжил обучение и завершил филологический факультет Тбилисского государственного университета.

Военные испытания оказали огромное влияние на становление Окуджавы как автора стихов. Дебютный сборник его лирики под названием «Лирика» был издан в 1956 году. Активные поиски собственного стиля проявились во втором издании «Острова», которое вышло в 1959 году. В последующие годы увидели свет такие сборники, как «Веселый барабанщик» (1964) и «По дороге к Тинатин» (1964), получившие теплый отклик среди ценителей поэзии. Сборник «Март великодушный» (1967) был менее удачным из-за недостаточно строгого подхода к выбору произведений для публикации. Тем не менее, даже в менее удачных строках настоящего поэта читатель может найти ключ к пониманию его внутреннего мира.

Стихи Окуджавы регулярно печатались в различных периодических изданиях. В шестидесятых-семидесятых годах он также занимался прозой, создав такие произведения, как «Бедный Авросимов», «Похождения Шипова, или Старинный водевиль», «Путешествие дилетантов». Однако даже в прозе он оставался поэтом, размышляя о сокровенном и личном.

Творчество Окуджавы часто становилось предметом дискуссий. Критики справедливо отмечают, что главная ценность его песен — в содержании, лиризме и задушевности. Поэт-оптимист и жизнелюб, он не мог остаться равнодушным к непоэтичным сторонам жизни. Это проявляется в интонациях печали и самоиронии. Например, строки «Ах, война, что ты сделала, подлая» полны глубокой скорби, но в целом его творчество нельзя назвать трагическим.

Москва занимает особое место в творчестве Окуджавы:

Мой город носит высший чин и звание Москвы,
Но он навстречу всем гостям всегда выходит сам.

Его лирический герой во многом созвучен городу: «Ах, этот город, он такой, похожий на меня…». Особое значение имеет Арбат, который стал символическим местом действия многих стихотворений:

Ах, Арбат, мой Арбат,
Ты — моя религия.

Стихи отличаются смелостью, конкретикой и правдивостью. Хотя некоторые считают мир Окуджавы ограниченным Арбатом, это неверно. В «Песне о Сокольниках» он пишет:

Мы вросли, словно сосны, своими корнями
В ту страну, на которой живем.

В его лирике присутствуют элементы условности и сказочности: игровые моменты, необычные персонажи. Однако они органично связаны с реальностью через различные мотивы, особенно мотив надежды. Автор часто использует вводные конструкции, междометия и контрастные сочетания слов.

Ты когда-нибудь слышал, как человек говорит так тихо, что ты сам замираешь — не потому что боишься пропустить слово, а потому что оно — как прикосновение? Как будто он не поёт, а просто — говорит. Не для всех. Только для тебя. И ты понимаешь: это не песня. Это — разговор. Разговор с человеком, которого ты никогда не видел. Который ушёл. Который писал о городе, о солдате, о друге, о том, как тяжело быть живым.

И ты — шестиклассник. Ты не знаешь, что такое война. Ты не помнишь, как пахли бетонные дворы в 1970-х. Ты не знаешь, кто такой Булат Окуджава. Но ты слышишь. И вдруг — тебе становится больно. Не потому что ты понял. А потому что ты — почувствовал. Это — и есть музыка Окуджавы. Не ноты. Не ритм. Не аккорды. Это — голос, который не кричит. А — шепчет. И именно поэтому — он остаётся. В сердце. Навсегда.

Ты заходишь в класс. В шестом. Там — дети, которые смотрят в телефоны, которые думают, что музыка — это только то, что играет в TikTok. Они не знают, что такое «авторская песня». Они не слышали, как человек может говорить о войне — не о пушках, а о ботинках, которые не сняли с ноги. Они не понимают, почему кто-то может петь о дружбе — как о последнем шансе остаться человеком. Ты не говоришь им: «Сегодня мы будем изучать Окуджаву». Ты говоришь: «Сегодня мы попробуем услышать человека, который говорил так, будто знал — его не услышат. И всё равно — сказал».

Ты не должен быть «экспертом». Ты должен быть — слушателем. Ты должен позволить себе — не знать всего. Ты должен позволить детям — не понимать сразу. Потому что Окуджава — не для понимания. Он — для переживания. И если ты начнёшь урок с того, что скажешь: «Сегодня мы разберём лирику», — ты потеряешь их. Навсегда. Потому что они не хотят анализа. Они хотят — связи. Они хотят — того, что трогает. И ты — должен дать им это. Не через слова. Через звук. Через молчание. Через песню, которая не требует объяснений.

 1. Организационный момент: не «тихо, садитесь» — а «закрой глаза. Прислушайся к тишине»

Ты заходишь в класс. Не с громким хлопком. Не с криком «Внимание!». Ты заходишь тихо. И молчишь. Десять секунд. Достаточно. Просто стоишь. И смотришь на них. Они смотрят на тебя. Кто-то улыбается. Кто-то уже нервничает. Кто-то смотрит в пол — как будто хочет исчезнуть. И тогда ты говоришь: «Сейчас мы не будем говорить. Мы не будем открывать учебники. Мы не будем записывать ноты. Мы будем слушать. Слушать тишину. Потому что перед тем, как Окуджава начал петь — он сначала молчал. И в этой тишине — была вся его песня».

Ты не объясняешь. Ты не рассказываешь. Ты создаёшь пространство. Пространство, где можно быть неуверенным. Где можно не знать. Где можно не отвечать. Потому что именно в этом пространстве — рождается смысл. Ты не учишь лирику. Ты учишь — слушать. И это — самое важное, что ты можешь сделать.

2. Сообщение темы, цели и задач урока: не «мы изучим», а «мы пойдём вместе»

Ты не говоришь: «Сегодня мы изучим творчество Булата Окуджавы». Ты говоришь: «Сегодня мы пойдём с ним — через город, через войну, через дружбу, через ботинки, которые не сняли с ноги. Мы услышим, как он говорит о человеке — не как о герое, а как о том, кто просто хочет, чтобы его поняли. Мы не будем разбирать слова. Мы будем чувствовать. Потому что Окуджава не писал для анализа. Он писал — чтобы быть услышанным. И если ты услышишь его — ты услышишь и себя».

Ты спрашиваешь: «Кто-нибудь помнит, как вы себя чувствовали, когда вам было тяжело, но вы не могли сказать, почему? Когда ты хотел, чтобы кто-то просто сел рядом — и не спрашивал ничего?» — и ты видишь, как они кивают. Некоторые улыбаются — вспомнили. Кто-то опускает голову — вспомнил слишком много. И ты говоришь: «Вот так же Окуджава говорил. Он не кричал. Он не требовал. Он просто — сидел. И говорил. И ты — должен сесть рядом. И послушать».

Ты не ставишь цель «научиться анализировать текст». Ты ставишь цель: «Узнать, как музыка может говорить о больших вещах — маленькими словами». И задачи? Не «выучить названия песен». А «почувствовать, как человек может говорить о войне — не о пушках, а о ботинках». Ты не требуешь запоминания. Ты требуешь — присутствия. И это — ключ. Потому что если ты запомнишь «Белый шар» — но не почувствуешь, как в нём — дрожит сердце — ты ничего не понял. А если ты почувствуешь — ты уже всё понял. Даже не зная слов.

3. Актуализация опорных знаний: не повторение — а воспоминание

Ты не спрашиваешь: «Что такое авторская песня?» — как в учебнике. Ты спрашиваешь: «Кто-нибудь помнит ту песню, которую мы слушали в прошлый раз? „Святая Богородица“ Чеснокова?» — и ты видишь, как глаза у некоторых вспыхивают. «Помнишь, как она начиналась?» — ты говоришь. «Как будто кто-то шептал молитву в темноте. А потом…» — ты замолкаешь. И они сами говорят: «А потом — стало громче. И страшнее». И ты киваешь. «Да. И ты чувствовал — что-то меняется. Что-то поднимается. Что-то… несётся». И ты не называешь это «развитием темы». Ты называешь это — «как будто кто-то начал плакать, и не мог остановиться».

И ты говоришь: «Ты помнишь, как в тот раз ты не мог оторваться? Как будто музыка не просто звучала — она держала тебя?» — и ты видишь, как один мальчик говорит: «Я думал — она умрёт». — «Да», — говоришь ты. — «Именно так. Музыка может умирать. И может воскресать. И сегодня — мы увидим, как это происходит». Ты не повторяешь теорию. Ты пробуждаешь воспоминание. Потому что только воспоминание — ведёт к настоящему пониманию.

4. Введение в новую тему: не «сегодня мы узнаем», а «представь, что ты — в 1960-х, и у тебя есть только гитара и друг»

Ты говоришь: «Представь, что ты — в 1960-х. В Москве. В городе, где нет телевизора, где нет интернета. Где ты не можешь найти песню — если её не споёт кто-то рядом. Где ты не можешь купить альбом. Ты можешь только — услышать. И если ты услышишь — ты запомнишь. И если ты запомнишь — ты передашь. И вот — ты сидишь на лавочке. И рядом — твой друг. Он не говорит. Он просто берёт гитару. И начинает. Тихо. Как будто боится. И ты слышишь: „Старая солдатская“». — И ты понимаешь: это — не песня. Это — обещание. Обещание: «Я не оставлю тебя. Даже если мир рухнет».

Ты говоришь: «Окуджава не писал о героях. Он писал о тех, кто не был героем. О тех, кто просто хотел — чтобы его поняли. О тех, кто не знал, как сказать: „Мне больно“. И поэтому — он пел. Не для славы. Не для наград. А потому что — иначе он не выжил бы». И ты включаешь начало «Давайте понимать друг друга с полуслова» — тихо. Только голос. Только гитара. И ты говоришь: «Слушай. Он не кричит. Он не плачет. Он просто — говорит. И ты — слышишь. Потому что ты тоже когда-то хотел, чтобы тебя поняли».

Ты не говоришь «тема». Ты говоришь — «он». И ты не говоришь «лирика». Ты говоришь — «его сердце». И ты видишь, как они перестают смотреть на тебя. Они начинают смотреть внутрь. Потому что ты не объясняешь песню. Ты ведёшь их к себе. И это — самое важное. Потому что Окуджава — не про слова. Он — про то, как ты становишься частью его тишины.

 5. Изучение нового материала: как Окуджава говорит о войне — не о пушках, а о сапогах

Ты включаешь «Песню о солдатских сапогах». Тихо. Только голос. И ты говоришь: «Слушай. Он не говорит о солдатах. Он не говорит о победах. Он говорит — о солдатских сапогах. О тех, которые не сняли с ноги. О тех, которые остались на земле. И ты понимаешь: он не говорит о войне. Он говорит — о человеке, который ушёл. И о том, кто остался. И кто не знает, как сказать: „Я скучаю“».

Ты говоришь: «Он не кричит. Он не плачет. Он просто — сидит. И говорит: „Ботинки, ботинки, не снимайте с ноги“. И ты — слышишь. Потому что ты тоже когда-то терял что-то. И ты не мог сказать: „Мне больно“. И ты — молчал. И вот — он говорит за тебя». И ты видишь, как один мальчик — тот, кто всегда смеётся — опускает голову. И не поднимает. Потому что он — вспомнил. Не войну. А то, как он потерял собаку. И не сказал никому.

Ты включаешь «Давайте понимать друг друга с полуслова». И ты говоришь: «Он не говорит: „Давайте дружить“. Он говорит: „Давайте понимать друг друга с полуслова“. И ты понимаешь: это — не про друзей. Это — про то, как человек может остаться человеком — даже когда всё рушится. Когда нет слов. Когда нет надежды. Когда есть только — гитара. И друг. И тишина».

Ты включаешь «Песенку об Арбате». И ты говоришь: «Он не поёт о Москве, как о столице. Он поёт о Москве — как о доме. О тех, кто живёт в подъездах. О тех, кто сидит на лавочке. О тех, кто не имеет права — плакать. Он поёт о городе — как о человеке. И ты понимаешь: это — не песня. Это — любовь. Любовь к тому, что не идеально. К тому, что старое. К тому, что уходит. Но всё равно — остаётся».

 6. Физкультминутка / музыкальная пауза: не «разомнись», а «Вдохни. Выдохни. Слушай»

Ты не говоришь: «Сейчас — физкультминутка». Ты говоришь: «Сейчас — мы сделаем паузу. Не для того, чтобы размяться. А для того, чтобы дышать». И ты включаешь «Песню о ботинках» — только ту часть, где Окуджава молчит. Только гитара. И ты говоришь: «Сейчас — мы будем дышать в такт музыке. Вдох — на три ноты. Выдох — на три. И не думай о том, как ты дышишь. Просто — дыши. Как будто ты — часть этой песни». И они закрывают глаза. И ты видишь, как один мальчик — тот, кто всегда шумит — начинает дышать глубже. Как будто он впервые за год — дышит.

И ты говоришь: «Ты слышишь, как гитара не торопится? Как она ждёт? Как будто она знает — всё придёт. И ты тоже должен ждать. Не бежать. Не спешить. Просто — быть». И ты молчишь. Две минуты. Тишина. Только звук. И когда ты выключаешь — никто не говорит. Ни один. Потому что они — не в классе. Они — внутри себя.

7. Закрепление изученного: не «ответь на вопрос», а «расскажи, что ты услышал»

Ты не спрашиваешь: «Какие образы использовал Окуджава?» — и не ждёшь ответа из учебника. Ты спрашиваешь: «Кто-нибудь помнит — когда ты слышал песню, и она заставила тебя замолчать? Не потому, что она была красивой. А потому что она — была правдой?» — и ты видишь, как руки тянутся. Не для ответа. Для того, чтобы говорить. И один мальчик говорит: «Когда я слушал „Песню о Солдатских сапогах“ — я вспомнил, как бабушка плакала, когда рассказывала про дедушку. Она не говорила: „Мне больно“. Она просто молчала. И я — тоже молчал». — И ты говоришь: «Потому что ты услышал — не песню. Ты услышал — тишину».

Ты не требуешь терминов. Ты требуешь — правды. И когда девочка говорит: «Я думала, что дружба — это когда мы вместе гуляем. А теперь я поняла: дружба — это когда ты молчишь, и всё равно — ты рядом» — ты понимаешь: ты не учишь. Ты — свидетель. И это — самое важное, что может быть на уроке музыки.

8. Подведение итогов: не «мы повторили», а «мы стали немного другими»

Ты говоришь: «Сегодня мы не выучили названия песен. Мы не запомнили слова. Мы не получили оценку. Мы прошли путь — от тишины до слова. Мы услышали, как человек может говорить о войне — не о пушках, а о ботинках. Мы услышали, как он говорит о дружбе — не о смехе, а о молчании. Мы услышали, как он говорит о городе — не о зданиях, а о людях. И ты — тоже стал немного другим. Потому что ты теперь знаешь: правда не в крике. Она — в тишине. И если ты научишься слышать тишину — ты научишься слышать — людей».

Ты не говоришь: «Тема урока — Окуджава». Ты говоришь: «Сегодня ты понял — музыка — это не про то, как она звучит. А про то, как ты слышишь». И ты видишь, как они смотрят на тебя. Не как на учителя. А как на того, кто сказал то, что они не могли сказать сами. И ты знаешь: ты не просто провёл урок. Ты открыл дверь. И они — вошли.

9. Домашнее задание: не «выучить», а «найти»

Ты не даёшь задание: «Найти в учебнике строчки». Ты даёшь задание: «Найди песню, которая говорит о том, что нельзя сказать словами. Не важно — кто её написал. Не важно — как она называется. Главное — ты должен услышать: как она говорит о человеке. И ты должен записать — что ты чувствовал, когда слушал. Не что ты думал. Что ты чувствовал. И принеси это на следующий урок. Не как задание. Как дар».

Ты говоришь: «Если ты не найдёшь — не беда. Но если ты найдёшь — и поймёшь, что она — про тебя — тогда ты поймёшь, зачем мы учимся музыке». И ты не требуешь объяснений. Ты не требуешь «анализа». Ты требуешь — искренности. И ты знаешь: кто-то из них — принесёт «Песню о ботинках». Кто-то — «Святую Богородицу». Кто-то — свою запись на телефоне. И ты будешь слушать. И ты будешь плакать. Потому что ты — не учитель. Ты — слушатель.

10. Рефлексия: не «что понравилось», а «что осталось внутри»

Ты не говоришь: «Что вам понравилось на уроке?» — потому что это — пусто. Ты говоришь: «Что осталось? Что ты слышишь, когда закрываешь глаза?» — и ты видишь, как один мальчик говорит: «Я слышу — как ботинки стоят на земле». — И ты киваешь. «А ты?» — спрашиваешь ты у девочки. — «Я слышу — как гитара молчит». — И ты говоришь: «Это — и есть Окуджава. Не слова. Не ноты. Это — тишина. И она — говорит». И ты не записываешь это. Ты запоминаешь. Потому что это — не урок. Это — память.

11. Рекомендации по проведению урока: как не убить тишину, а дать ей жить

Ты не должен говорить «лирика», «образ», «метафора» — пока дети не почувствуют. Если ты назовёшь термины слишком рано — ты убьёшь ощущение. Ты должен дать им — время. И молчание. И пространство. Ты должен позволить им — сомневаться. Плакать. Не отвечать. Не понимать. И только потом — сказать: «Вот это — и есть Окуджава». Ты не должен быть экспертом. Ты должен быть путеводителем. Ты должен говорить: «Я тоже не знаю, как это работает. Но я слышу — как он дышит». И они — поверишь.

Ты должен выбирать песни — не по известности. А по искренности. Не по «знаменитости». А по «проникновенности». Окуджава — важнее Моцарта. Потому что он говорит — как люди. Не как гении. А как те, кто пережил. И ты должен быть готов — к тишине. К слёзам. К неловкости. Потому что настоящий урок — не в том, что дети запомнили. А в том, что они — изменились.

Ты должен не спешить. Даже если урок — 45 минут. Даже если ты должен уложиться в программу. Даже если директор спросит: «А где контрольные вопросы?» — ты должен сказать: «Я не давал вопросов. Я дал — душу». И ты должен быть готов — к тому, что ты не будешь понят. Но ты должен быть готов — к тому, что ты будешь запомнен.

Почему ты не должен учить «по схеме» — ты должен учить «по сердцу»

Ты — не учишь музыку. Ты — учишь — быть человеком. И именно это — самое важное, что может сделать педагог.

Список песен Булата Окуджавы:

1. Автопародия на несуществующие стихи (Мы убили комара. Не в бою, не на охоте…)
2. А годы уходят, уходят (В нашем доме война отгремела…)
3. Александр Сергеевич (Не представляю Пушкина без падающего снега…)
4. А мы швейцару: отворите двери…
5. Антон Палыч Чехов однажды заметил…
6. Арбат беру с собою…
7. Арбатский романс (Арбатского романса старинное шитье…)
8. Арбатское вдохновение, или Воспоминания о детстве (Упрямо я твержу с давнишних пор…)
9. Аты-баты, шли солдаты…
10. Ах, война, она не год еще протянет…
11. Ах, трубы медные гремят…
12. Ах ты, шарик голубой…
13. Ах, что-то мне не верится…
14. Баллада о Донкихотах (У Москвы у реки, в переулке Глубоком…)
15. Баллада о Неве (Нева Петровна, возле вас — все львы…)
16. Батальное полотно (Сумерки. Природа. Флейты голос нервный. Позднее катанье…)
17. Бери шинель, пошли домой (А мы с тобой брат из пехоты…)
18. Благородные жены безумных поэтов…
19. Блиндажи той войны все травой заросли…
20. Божественная Суббота (Божественной субботы хлебнули мы глоток…)
21. Божественный переулок (Переулок Божественным наречён для чего…)
22. Большая перемена (Долгий звонок соловьем пропоет в тишине…)
23. Былое нельзя воротить…
24. Быстро молодость проходит…
25. Ваше благородие, госпожа разлука…
26. В Барабанном переулке…
27. В день рождения подарок преподнес я сам себе…
28. Век двадцатый явился спасателем…
29. Версты, версты…
30. Весёлый барабанщик (Встань пораньше, встань пораньше, встань пораньше…)
31. Весёлый барабанщик (Встань пораньше, встань пораньше, встань пораньше…)
32. В земные страсти вовлеченный…
33. Взяться за руки не я ли призывал вас, господа…
34. Власть — администрация, а не божество…
35. В нашей жизни, прекрасной но странной…
36. В нашем старом саду…
37. Вобла (Холод войны немилосерд и точен…)
38. Воспоминание о Дне Победы (Была пора, что входит в кровь, и помнится, и снится…)
39. Вот какая-то лошадка…
40. Вот комната эта — храни ее Бог…
41. Вот счастливый человек…
42. Вот так она любит меня (Глаза, словно неба осеннего свод…)
43. В переулке музыка слышна…
44. Время идет, хоть шути — не шути…
45. В саду Нескучном тишина…
46. Вселенский опыт говорит…
47. Все устали от долгой метели…
48. Всё глуше музыка души…
49. Всё забуду про тревогу…
50. Встреча (Насмешливый, тщедушный и неловкий…)
51. Всю ночь кричали петухи…
52. Вся земля, вся планета — сплошное туда…
53. Вторая песенка Буратино (И у нас будет праздник и это случится, случится…)
54. Вторая песня лягушек (Одинокий Буратино…)
55. Вторая песня Пьеро (Утром на зорьке ранней порой…)
56. Второе послевоенное танго (Всему времечко свое: лить дождю, Земле вращаться…)
57. В южном прифронтовом городе…
58. Гаснут, гаснут костры…
59. Гимн уюту (Слава и честь самовару…)
60. Гитара (Усталость ноги едва волочит…)
61. Главная песенка (Наверное, самую лучшую…)
62. Год двадцать первый…
63. Гомон площади Петровской…
64. Гоп со смыком (Вот какая странная пора…)
65. Гори, огонь, гори (Неистов и упрям…)
66. Горит пламя, не чадит…
67. Город Николаев, фарфоровый завод…
68. Горькая, ненужная обнова…
69. Грузинская песня (Виноградную косточку в теплую землю зарою…)
70. Два великих слова (Не пугайся слова «кровь»…)
71. Два кузнечика зеленых в траве, насупившись, сидят…
72. Два силуэта (Среди житейского тумана кого-то ищем непрестанно…)
73. Две женщины плакали горько…
74. Дежурный по апрелю (Ах, какие удивительные ночи…)
75. Державин (Запах столетнего меда…)
76. Дерзость, или разговор перед боем (Господин лейтентант, что это вы хмуры…)
77. Десять тысяч дорог, и тревог, и морок пережить…
78. Джазисты…
79. Дождик осенний (Жаркий огонь полыхает в камине…)
80. Дом на Мойке (Меж домом графа Аракчеева и домом Дельвига, барона…)
81. До свидания, мальчики (Ах, война, что ж ты сделала, подлая…)
82. Друзья, не надейтесь на чудо…
83. Дунайская фантазия (Как бы мне сейчас хотелось…)
84. Душевный разговор с генералами (Пока на свете нет войны…)
85. Дуэт лисы Алисы и кота Базилио (Пока живут на свете хвастуны…)
86. Есть «да» и «нет». И не шутя…
87. Есть муки у огня…
88. Ещё один романс (В моей душе запечатлён портрет одной прекрасной дамы…)
89. Женщины-соседки…
90. Живописцы…
91. Живые вставай-подымайся…
92. Журавли (Последний залп прорвал тишину…)
93. Загоним все народы в катакомбы…
94. Заезжий музыкант…
95. Заехал к маме — умерла…
96. Записка Белле (Машина — это дело…)
97. Запрягай-ка, батька, лошадь
98. Затихнет шрапнель…
99. За что ж вы Клима Ворошилова…
100. Здравствуйте, слоны…
101. Земля изрыта вкривь и вкось…
102. Играючи, дурачась, гогоча…
103. Из Австралии Лева в Москву прилетел…
104. Из окон корочкой несет поджаристой…
105. Из поздравления театру «Современник» (За что мы боролись…
106. Из фронтового дневника (В этом поле осколки как розги …)
107. И когда удивительно близко…
108. Кавалергардская весёлая (На Галерной, ночью скверной…)
109. Кабинеты моих друзей (Что-то дождичек удач падает не часто…)
110. Какая глупая игра…
111. Как мне нравится по Пятницкой в машине проезжать…
112. Как научиться рисовать
113. Как наш двор ни обижали…
114. Как случилось — не заметила сама…
115. Как я сидел в кресле царя (Век восемнадцатый. Актеры…)
116. Капли Датского короля
117. Капли Датского короля (С детских лет поверил я, что от всех болезней…)
118. Красотки томный взор (Надежды легкий сон…)
119. Краткая автобиография
120. К старости косточки стали болеть…
121. Кузнечик (Ну чем тебе потрафить, мой кузнечик…)
122. Куплеты Карабаса (Считайте меня подлым…)
123. Куплеты Карабаса-Барабаса (Считайте меня подлым…)
124. К чему нам быть на ты, к чему…
125. Лакей кружится…
126. Ленинградская музыка (Пока еще звезды последние не отгорели…)
127. Летняя бабочка вдруг закружилась над лампой полночной…
128. Лефоше (Кого бояться и чего стесняться…)
129. Личное дело (Официант Антон Андрианович ненавидит посуды звон…)
130. Любовь и разлука (Еще он не сшит, твой наряд подвенечный…)
131. Маленькая женщина стоит у окна (Маленькая женщина стоит у окна…)
132. Мартовский снег (На арбатском дворе — и веселье и смех…)
133. Марья Петровна идёт за селёдочкой…
134. Мастер Гриша (В нашем доме, в нашем доме, в нашем доме…)
135. Мексиканская песня (Тегуантепек, Тегуантепек — страна чужая…)
136. Мне не в радость этот номер…
137. Мнение пана Ольбрыхского
138. Мой почтальон (Всяк почтальон в этом мире, что общеизвестно…)
139. Мой сын, твой отец — лежебока и плут…
140. Молитва (Пока Земля еще вертится, пока еще ярок свет…)
141. Монолог гончара (Красной глины беру прекрасный ломоть…)
142. Море Чёрное (Непокорная, голубая волна…)
143. Московский муравей (Не тридцать лет, а триста лет…
144. Музыкант…
145. Мы за ценой не постоим (Здесь птицы не поют…)
146. Мы под Колпином скопом стоим…
147. Надежда белою рукою…
148. Надежды крашеная дверь…
149. Над морем, над сушей…
150. Надпись на камне (Пускай моя любовь, как мир, стара…)
151. Над синей улицей портовой…
152. На краю стоит избушка…
153. На мне костюмчик серый-серый…
154. На одном клетка попугай сидит…
155. Нас море ждет (Рыбак, рыбак…
156. На Сретенке ночной…
157. На странную музыку сумрак горазд…
158. Настоящих людей так немного…
159. На Тверском бульваре…
160. На углу у гастронома…
161. Нацеленный глаз одинокого лося…
162. Наш городок Парижу не уступит (Для тех, кто здесь рожден…)
163. Нашему дикому обществу нужен тиран во главе…
164. На эмигрантские темы (Все поразъехались давным-давно…)
165. Не бродяги, не пропойцы…
166. Не будем хвастаться, что праведно живем…
167. Не вели, старшина…
168. Не верь войне, мальчишка…
169. Не верю в бога и в судьбу…
170. Не обязательны пуля и кнут…
171. Ни золота и ни хлеба…
172. Николай нальет (С каждым часом мы стареем …)
173. Новая Англия. Старая песенка. Дождь…
174. Новое утро (Не клонись-ка ты, головушка…)
175. Ночной разговор (Мой конь притомился. Стоптались мои башмаки…)
176. Ну что, генералиссимус прекрасный…
177. О Володе Высоцком…
178. Одна морковь с заброшенного огорода (Мы сидим, пехотные ребята…)
179. Оловянный солдатик моего сына (Земля гудит под соловьями…)
180. Он, наконец, явился в дом…
181. Отрада (В будни нашего отряда…)
182. Отчего ты печален, художник…
183. Отъезд (С Моцартом мы уезжаем из Зальцбурга…)
184. Памяти брата моего Гиви (На откосе, на обрыве …)
185. Париж для того…
186. Парижские фантазии
187. Первая песенка Буратино (От безделья мы взлетаем…)
188. Первая песня лягушек (Невелик наш пруд…
189. Первое послевоенное танго (Восславив тяготы любви и свои слабости…)
190. Первое послевоенное танго (Слетались девочки в наш двор…
191. Первое ранение (Я надышался всласть окопным зельем…)
192. Первый день на передовой (Волнения не выдавая…)
193. Перед телевизором
194. Песенка веселого солдата (Возьму шинель, и вещмешок, и каску…)
195. Песенка гвардейцев (Жулики, насильники, пройдохи…)
196. Песенка Дуремара (Я – великий Дуремар…)
197. Песенка кавалергарда
198. Песенка Карабаса-Барабаса и кукол (Я на спектакль приглашаю…)
199. Песенка короткая, как жизнь сама…
200. Песенка лисы Алисы и кота Базилио (Пока живут на свете хвастуны…)
201. Песенка Мальвины (Ах если б Карабас, вставая чистил зубы…)
202. Песенка менестрелей (Мы артисты-менестрели, барды и поэты…)
203. Песенка мушкетёров (Слава — отрава, да честь дорога…)
204. Песенка народного депутата (Он вышел из кремлевского подъезда…)
205. Песенка об Арбате (Ты течешь, как река. Странное название…)
206. Песенка об арбатских ребятах
207. Песенка об арбатском дворике (А годы проходят, представьте…)
208. Песенка об открытой двери (Когда метель кричит, как зверь…)
209. Песенка об утраченных надеждах (Один корнет задумал…
210. Песенка о белой крови (Тело вскрыли и зашили…)
211. Песенка о бумажном солдатике (Один солдат на свете жил…)
212. Песенка о Ваньке Морозове (За что ж вы Ваньку-то Морозова…)
213. Песенка о голубом шарике (Девочка плачет: шарик улетел…)
214. Песенка о дальней дороге (Забудешь первый праздник, и…
215. Песенка о дураках (Вот так и ведется на нашем веку…)
216. Песенка о комсомольской богине (Я гляжу на фотокарточку …
217. Песенка о Лёньке Королёве (Во дворе, где каждый вечер все…
218. Песенка о медсестре Марии (А что я сказал медсестре Марии…)
219. Песенка о моей душе (Что такое душа? Человечек задумчивый…)
220. Песенка о моей жизни (А как первая любовь — она сердце жжет…)
221. Песенка о молодом гусаре (Грозной битвы пылают пожары…)
222. Песенка о московском муравье (Мне нужно на кого-нибудь молиться…)
223. Песенка о московском трамвае (Раскрасавец двадцатых годов…)
224. Песенка о Моцарте (Моцарт на старенькой скрипке играет…)
225. Песенка о ночной Москве (Когда внезапно возникает еще неясный…
226. Песенка о петухах (Сладко спится на майской заре…)
227. Песенка о пехоте (Простите пехоте, что так неразумна бывает она…)
228. Песенка о присяге (Каких присяг я ни давал, какие ни твердил слова…)
229. Песенка о солдатских сапогах (Вы слышите, грохочут сапоги…)
230. Песенка о соломенной шляпке (Соломенная шляпка золотая…)
231. Песенка о старом, больном, усталом короле (В поход на чужую…
232. Песенка о художнике Пиросмани (Что происходит с нами…)
233. Песенка Папы Карло (Из пaxyчиx зaвитyшeк, cтpyжeк и кoлeчeк…)
234. Песенка про море (Море существует для чего…)
235. Песенка про старого гусака (Лежать бы гусаку в жаровне на боку…)
236. Песенка протеста Буратино (Какой несчастный случай…)
237. Песенка про Чёрного Кота (Со двора подъезд известный…)
238. Песенка Пьеро (Поздней ночью в небе одна…)
239. Песенка разрушителей Арбата (Арбат покроем туалетной плиткою…)
240. Песенка старого шарманщика (Шарманка-шарлатанка…)
241. Песенка Тортиллы (Стать богатеем иной норовит…)
242. Песенка фонарщиков (Мы люди неплохие…)
243. Песенка фонарщиков (Мы люди неплохие…)
244. Песенка человека, решившего жениться (Женюсь, женюсь…
245. Песня беспризорника (У Курского вокзала стою я, молодой…)
246. Песня Карабаса и кукол (Да здравствует наш Карабас удалой…)
247. Песня красноармейца (Вслепую пушка лупит, наотмашь шашка рубит…)
248. Песня московских ополченцев (Над нашими домами…
249. Песня о голубом шарике (Ах ты, шарик голубой…)
250. Песня папы Карло (Из пахучих завитушек, стружек и колечек…)
251. Песня пуделя Артемона (Пойми меня правильно, мальчик…)
252. Песня чечеточника (Я не богат, червонцу рад…)
253. Пионерская песня 20-х годов (Что легенды нам о боге…)
254. Пиратская лирическая (В ночь перед бурею на мачте…)
255. Письмо Антокольскому
256. Письмо Олегу Чухонцеву (Дорогой Олег Чухонцев…)
257. Письмо приносит письмоносец…
258. Плач по Арбату (Я выселен с Арбата, арбатский эмигрант…)
259. Плывут дома, как корабли…
260. Под Мамонтовкой жгут костры…
261. Пожелание друзьям (Давайте восклицать, друг другом восхищаться…)
262. Поздравьте меня, дорогая…
263. Поле чудес (Не прячьте ваши денежки по банкам и углам…)
264. Поле чудес (Не прячьте ваши денежки по банкам и углам…)
265. Полночный троллейбус (Когда мне невмочь пересилить беду…)
266. По Смоленской дороге…
267. Почему мы исчезаем…
268. Почему я в этом доме…
269. Поэтов травили, ловили…
270. Приезжая семья фотографируется у памятника Пушкину
271. Примета (Если ворон в вышине…)
272. Прикатить на берег крымский и на Турцию глядеть…
273. Проводы юнкеров (Наша жизнь не игра. Собираться пора…)
274. Прогулки фраеров (По прихоти судьбы — разносчицы даров…)
275. Пророк (Во мгле кварталов городских…)
276. Прощание с новогодней елкой (Синяя крона, малиновый ствол…
277. Прощание с осенью (Осенний холодок. Пирог с грибами…)
278. Прощание с Польшей (Мы связаны, Агнешка, давно одной судьбою…)
279. Пускай твердят иные остряки…
280. Путешествие в памяти (Не помню зла, обид не помню…)
281. Разве лев — царь зверей…
282. Разговор с попом (Побойся Бога, говорит…)
283. Разлюбила меня женщина…
284. Размышления возле дома, где жил Тициан Табидзе (Берегите нас, поэтов. Берегите нас…)
285. Рай (Я в раю, здесь цветы и улыбки…)
286. Речитатив (Соединение сердец — старинное приспособление…)
287. Речитатив (Тот самый двор, где я сажал березы…)
288. Римская империя времени упадка…
289. Романс (В Иерусалиме первый снег…)
290. Романс Книгиной (В юности матушка мне говорила…)
291. Святое воинство (Совесть, Благородство и Достоинство…)
292. Сентиментальный марш (Надежда, я вернусь тогда, когда трубач отбой сыграет…)
293. Сестра моя прекрасная, Натела…
294. Ситцевые женщины (И когда под вечер над тобою…)
295. Скорлупка (Ах, как летят за днями дни…)
296. Славная компания… Что же мне решить…
297. Солнышко сияет, музыка играет…
298. Союз друзей (Поднявший меч на наш союз…)
299. С последней каланчи, в Сокольниках стоящей…
300. Сталин Пушкина листал…
301. Старинная солдатская песня (Отшумели песни нашего полка…)
302. Старый клоун (Цирк давно опустел, тишиною закован…)
303. Старый лев в передвижном зверинце (Ему корону прочат…)
304. Старый пиджак (Я много лет пиджак ношу…)
305. Старый причал (Чайка летит, ветер гудит, шторм надвигается…)
306. Старый причал (Чайка летит, ветер гудит, шторм надвигается…)
307. Старый романс (Когда б вы не спели тот старый романс…)
308. Старый флейтист (Идут дожди, и лето тает…)
309. Стихи об озорстве (Пожалуйста, не разоряйте гнёзда галочьи…)
310. Стихи о голубом цвете (Всё ты мечешься день-деньской…)
311. Стихи о 45-ом годе (Играет оркестр в пустом саду…)
312. Стоит задремать немного…
313. Сто раз закат краснел…
314. Строка из старого стиха слывет ненастоящей…
315. Счастливчик Пушкин (Александру Сергеичу хорошо…)
316. Счастливый жребий (После дождичка небеса просторны…)
317. Тамань (Год сорок первый. Зябкий туман…)
318. Там, за седьмой горою…
319. Телеграф моей души (Стихло в улицах вранье…)
320. Течёт речка да по песочку
321. То падая, то снова нарастая…
322. Третья песенка Буратино (Дважды два — четыре, дважды два — четыре…)
323. Три сестры (Опустите, пожалуйста, синие шторы…)
324. Тула славится пряниками…
325. Ты в чем виновата…
326. Тьмою здесь все занавешено…
327. Убили моего отца…
328. Умереть — тоже надо уметь…
329. У поэта соперников нету…
330. Фрагмент выступления на творческом вечере…
331. Ходьба — длинноногое чудо дорог…
332. Хоровая шепталка (У Карабаса страшный бас…)
333. Хочу воскресить своих предков…
334. Цирк (Цирк — не парк, куда вы входите грустить и отдыхать…)
335. Чаепитие на Арбате (Пейте чай, мой друг старинный…)
336. Часики (Купил часы на браслетке я…)
337. Часовые любви…
338. Чёрный «мессер» (Вот уже который месяц и уже который год…)
339. Четыре года (Четвертый год подряд…)
340. Что нужно муравью, когда он голоден…
341. Чувство меры и чувство ответственности…
342. Чувство собственного достоинства…
343. Чувствую: пора прощаться…
344. Чудесный вальс (Музыкант в лесу под деревом наигрывает вальс…)
345. Шла война к тому Берлину…
346. Шел троллейбус по улице…
347. Эта женщина в окне (Не сольются никогда зимы длинные и лета…)
348. Эта женщина такая…
349. Эта женщина! Увижу и немею…
350. Эта комната (Люблю я эту комнату…)
351. Я вновь повстречался с Надеждой…
352. Я дачу попросил у Мосгорисполкома…
353. Я пишу исторический роман (В склянке темного стекла…)
354. Я поеду в электричке общим классом…
355. Я умел не обольщаться…
356. Я ухожу от пули…